БОГ – МОЙ СУДЬЯ





БОГ – МОЙ СУДЬЯ

«Будет Даниилом в честь деда!» – воскликнул переполненный чувством радости отец, даря букет сирени врачу гинекологу, которая приняв цветы и поздравив счастливого родителя с рождением сына честно сказала, что больше его супруга, к сожалению, никогда не сможет родить ребёнка.

ДЕТСАД.

С трех лет Даню стали водить в детский сад.
Тихий час в садике проходил под стук мухобойки, которой нянечка шлёпала детей по ногам, чтобы те закрывались одеялами и скорее засыпали.
Вечером Даня с нетерпением ждал, когда за ним придёт отец.
Папа машет рукой и Данька пулей летит ему навстречу. Свобода! Отец берёт сынишку за руку, и они идут через дорогу в магазин игрушек, где покупают пистолет и пистоны, потом они идут на фонтан, на берег реки и домой.
Даня очень любил своего отца. Для него это был самый лучший и самый дорогой человек на свете – Папа!
А утром Даньку поднимали с кровати в семь утра, надевали шапку, шубу, подпоясывали солдатским ремнём и с уговорами везли на санках снова в детский сад.
Данька рос самым обычным мальчишкой, но был по природе своей с обострённым чувством свободолюбия.
Свою свободу он начал отвоевывать путём тайных самовольных уходов из детского сада. Убегал через забор и шёл по берегу к бабушке, которая жила рядом с садиком.

ПЕРВЫЙ ПЕРЕЛОМ НОГИ.

Однажды, когда мальчишки в детском саду остались без присмотра воспитательницы в песочнице Даньке сломали правую ногу.
Была борьба. Одного соперника Данька поборол, а второй ударом колена поломал ему ногу. Закрытый перелом голени. Больница, гипс, костыли на долгие два месяца…

ДЕТСТВО.

Бабушка Маша по маме была домохозяйкой, тихая и очень душевная баба Маня, дедушка Иван работал ведущим геологом, часто ездил в командировки, хорошо зарабатывал, с его участием были открыты несколько крупных нефтегазовых месторождений.
Жили бабушка с дедушкой недалеко от реки в деревянном бараке на пять семей в отдельной квартире с небольшим двориком, паровым отоплением, питьевой водой и газом, в двух довольно больших комнатах с просторной кухней.
Бабушка Маша не ругала Даньку за самовольные уходы из детского сада, но грозилась рассказать отцу про его проказы, а Данька отца не боялся, знал – отец его самый лучший друг.
Рядом в соседней квартире барака жил мальчик Миша, с которым Даньке было весело и интересно, а ещё нравился Мишин отец дядя Дима, это был музыкант, работавший в доме культуры. Мурашки бежали по коже, когда Данька слушал, как дядя Дима виртуозно играет в ансамбле на трубе. Дядя Дима в шутку называл Мишку и Даньку «детёнышами» и часто бесплатно пропускал в кино, которое крутили в доме культуры.
«Данька, ночуй сегодня у бабушки и пойдём завтра утром в лес» – говорил Мишка. И друзья на утренней зорьке уходили в сторону ближайшего посёлка на дачи. В тех местах росли дикие вербовые лесополосы. Там ребята ловили рыбу в реке и раков, купались, загорали, а к вечеру возвращались обратно.

ДВОР ДОМА.

Любимым «лакомством» у мальчишек и девчонок был битум со стройки. Строители растапливали битум для строительных работ, дети же украдкой таскали кусочки смолы и с наслаждением жевали отраву, называя жвачкой. Зубы от этого «удовольствия» становились сначала чёрными, а потом окрашивались в цвет хны.
Взрослые не обращали внимания, все к этому привыкли, ведь так делали многие поколения ребят. Так же жевали восковые свечи со стержнями от цветных карандашей, разжёванная воск приобретал красный, голубой, оранжевый цвет, но самым высшим удовольствием было жевать полиэтиленовые прокладки, которые дети выковыривали из пробок одеколонов, они приятно пахли.

ВТОРОЙ ПЕРЕЛОМ НОГИ.

До четвертого класса Данька учился на отлично с почётными грамотами, но, к несчастью, в марте на металлической горке второй раз поломал в том же месте ранее ломанную ногу.
В приёмном покое больницы к Дане подошёл врач от которого пахло алкоголем, он осмотрел ногу, попросил пошевелить пальцами и сказал санитарам, чтоб те подняли больного на носилках в хирургическое отделение, где мальчику наложили гипс. Рентген ноги не сделали, ногу загипсовали вслепую.
При выписке из больницы сняв гипс сделали рентгеновский снимок, оказалось, что кость срослась криво и это грозило Даньке хромотой на всю жизнь. И снова уже в третий раз другой хирург вручную ломал Данькину ногу, складывал правильно кости и накладывал гипс.
Весна и лето прошли, лёжа в лечении. В Сентябре Данька стал выходить на костылях во двор. Отец поддерживал сына, говорил, что не нужно никого стесняться, что подобное может случиться с любым человеком.
С каждым днём Даня ходил всё лучше и увереннее, появилось непреодолимое желание разрабатывать ногу, приседать, даже бегать. Теперь он целыми днями пропадал на спортплощадке и в результате благодаря физкультуре ходил практически не хромая.
До четвёртого класса Данька учился в старой школе, потом построили новую школу ближе к дому и его с частью других учеников перевели в неё.

НОВАЯ ШКОЛА.

В этой школе среди отдельной ребятни царили свои законы жесткие и беспощадные. В школе Данька увидел отъявленных хулиганов из разных классов.
Именно школа начала негативно менять его представление о жизни.
Мерзавцы избивали слабых ребят только за то, что те были слабы и беззащитны. Во время уроков в школе члены шайки играли в карты в закутке под лестницей и даже пили вино, как-то один оболтус запер в классе дежурившую после занятий девочку и попытался изнасиловать её. И это в стенах школы…
Хулиганами в основном были отпрыски из неблагополучных имеющих проблемы с законом пьянствующих семей. – Исключительно мерзкие особи, кричащие матом, полнейшая безграмотность с серьёзными проблемами психики, второгодники, такая вот неумытая, непричёсанная шайка лейка с наколками на пальцах в свои двенадцать-четырнадцать лет называющие себя «королями», а в действительности недоразвитые и жалкие трусы, которые только кучей могут забить свою жертву. Такую шпану называют отмороженными, пацанами с понятиями их назвать нельзя, они ведут себя так – как хотят, их свобода – вседозволенность и безнаказанность. Жертвы, которые из-за отсутствия ума и правильного воспитания стали таковыми.
Но и из благополучных семей было достаточно бесчинствующих малолетних подонков.
Если страна будет расшатываться в школах, то такая страна рискует выйти из строя, потому что хорошие школы, это будущее здорового государства.
Даньку остановили на лестнице три типа из старших классов. Они требовали у него деньги, вырвали из рук портфель и стали пинать по коридору.
Проходившая мимо учительница погрозила хулиганам пальцем, и они отстали. Погрозила пальцем и это всё её возмущение?
Случайных людей, к сожалению, много в разных профессиях. Данька понял, что совершенных людей нет и к людям нужно суметь относиться с пониманием и по возможности научиться прощать.
Нет, он ничего не сказал дома об инциденте в школе, Даня не был жалобщиком, знал, что справится с трудностями сам.
На вопрос, что делать в сложившейся трудной ситуации, он нашёл ответ не сразу, но было совершенно ясно одно, если бояться, не защищаться и не давать отпор преступникам, забьют и уничтожат.
Выход нашёлся сам собой, когда Данька записался в секцию бокса. Отец одобрил увлечение сына спортом.
Сам не задирайся, но себя в обиду не давай! Данька помнил об этом всегда.
На перемене к Даньке подошли трое из тех, кто пинал его портфель и начали оскорблять матом. Данька спокойно сказал: «Пойдём один на один, так будет честно».
Вышли во двор. Зевак собралось человек десять, они ехидничали, плевались, Данька увидел, как один толкнул в спину другого – того, кто был за лакея: «Убей его…» – скомандовал долговязый второгодник по кличке Замес.
К Даньке подошёл пацан с длинным чубом, закрывающим глаза и отвисшей нижней губой.
«Мочи…» – закричал долговязый.
Данька ударил противника первым и разбил ему в кровь губу. Тот мгновенно сел на колени, сплёвывая кровавые слюни.
Какие-то секунды толпа молчала, потом послышался крик: «Ах ты, гнида, ну держись, не жить тебе больше».
Один достал из кармана финку, Данька стоял окружённый толпой прижавшись спиной к стене школы, а тот медленно с улыбочкой присущей только их кругу приближался, чтобы нанести Даньке ранение, может быть и смертельное.
Вдруг Данька увидел, как из-за угла школы вышли два молодых человека, один из них схватил долговязого за ворот рубахи и оттолкнул в сторону, а второй разогнал толпу.
Данька не знал этих людей, и они его видели в первый раз. Поняв ситуацию, парни решили, что бить толпой одного подло.
По школе тут же поползли слухи, что у Даньки есть два старших брата, которые за него горой и ещё много всяких вымыслов.
Больше «школьная» нечисть к Даньке не приставала, побаивались.
Хулиганы народ ушлый, чувствуют опасность издалека, предупреждают друг друга и затихают на время.
Слабину со стороны кого-либо они так же хорошо видят, а раз усекли, то начнут приставать, придираться, заставлять приносить им деньги и в конце концов унизят человека психологически или перетянут на свою сторону, сделав его «шестёркой».
Эти бездельники не посещали уроки, просиживали время в туалетах, на лавках, они запросто могли во время урока войти в любой класс, вытащить за руку в коридор непонравившегося им чем-то ученика и поколотить того в коридоре. Банда малолеток, которая держала в страхе школу.

РАЗНЫЕ УЧИТЕЛЯ.

В школе был случай, когда ученик восьмого класса, панически боявшийся учителя математики из-за того, что тот его систематически стыдил перед всем классом за неуд по предмету, бился переносицей о край парты, вызывая кровь из носа и тогда его освобождали от урока. Другой ученик рвал брючину, тоже по причине страха перед уроком, также добиваясь освобождения, кто-то демонстрировал у доски психическое расстройство, не зная решения примера или задачи, начинал шататься в стороны, садился на пол, имитируя помутнение сознания.
Хотя подобные случаи единичные, но они должны были быть рассмотрены на педсовете.
Наивно было бы думать, что учителя и директор не знают о безобразиях, творящихся в школе и её дворе. Всё они об этом прекрасно знали, всё было на виду, но делали вид, что ничего не происходит, якобы школа живёт и работает в нормальном режиме.
Но то, что происходило на самом деле в школе, нельзя было назвать просто плохим. Когда куча хулиганов выворачивает карманы пальто и курток в раздевалке, выражаются матом, носят ножи, это не просто плохо, это преступно и должно быть – наказуемо!
Да, общество отвернулось от них, на хулиганов не обращали внимания, тянули «за уши» из класса в класс, но почему позволяли издеваться над школьниками, совершать преступные действия?
О любом негативе в обществе в том числе и в школе необходимо говорить открыто для исправления и улучшения жизни людей.

ПЕРВАЯ СИМПАТИЯ.

К Даньке рано пришло чувство, которое люди называют влюблённостью.
Как-то утром на первом уроке учительница представила классу новую ученицу Любу. Сначала новенькая Даньке не понравилась, но шло время, и он стал чувствовать, что хочет её видеть, ждал, когда наступит утро нового дня, чтобы встретить Любу в классе. Её серую
кроличью шапочку и бордовое пальто он мгновенно улавливал взглядом в толпе идущих в школу учеников.

ВЕСНА.

Весной с каждым днём всё теплее. Люба жила в соседнем доме, она стала чаще выходить во двор, играла в классики и однажды Данька увидел, как от её пальто отлетела пуговица, незаметно он поднял пуговицу и спрятал в карман пиджака. Люба не заметила своей потери.
Дома положив пуговку на ладонь Данька смотрел на неё. Люба, как будто была рядом. Наверное, это и есть настоящее чувство, когда тебе нравится девочка лишь только за то, что она есть, живёт рядом и от этого тебе хорошо, и ты не хочешь от неё ничего, кроме внимания, взгляда, улыбки.

ДЯДЯ.

Дядя Коля мамин брат. Этот невысокого роста плотного телосложения мужчина с волнистым чубом, который он стоя перед зеркалом шутливо называл «цунами», любил хвастаться мускулами и своим большим животом, как показателем личного достатка и благополучия был патологически жадным человеком.
Данька пришёл к нему в воскресенье. В квартире чувствовался тяжёлый перегар, видно было, что гулял дядя не первый день.
Увидев племянника, дядя обрадовался: «Заходи, племенной, садись!»
Усадив Даньку за круглый скрипучий стол, стоявший у дивана, дядя слёзно принялся рассказывать о своей жизни, службе в армии и неразделённой любви, при этом, он пил вино, закусывал килькой в томате, плакал и шутил, и снова что-то рассказывал.
Временами дядя, как будто впадал в ступор, он откидывался на спинку дивана и не моргая минуты две смотрел в потолок, тогда Данька дёргал его за руку, и он приходил в себя.
Открывая очередную бутылку вина, дядя обещал, что завтра подарит Даньке настоящий пистолет и патроны, что где-то в кладовке у него спрятана сабля, пулемётная лента и всё это, он решил подарить. Щуря глаз, дядя грозил пальцем и серьезно говорил: «Смотри не стреляй, оружие настоящее – с боевых полей, завтра приходи, я всё подготовлю и упакую для переноски».
Ночью Данька не мог заснуть всё думал о завтрашних подарках, а утром уже в девять часов был у дяди.
Николай Иванович открыл дверь и сразу же убежал, спрятавшись в спальный мешок лежавший на полу.
«А, Данька, ты чего пришёл так рано? Садись, в ногах правды нет…»
Данька молча держал в руках большую хозяйственную сумку, принесённую из дома для подарков.
«Вижу, ты в продмаг направился? Вот хорошо, на тебе три рубля, купи мне с оказией бутылку креплённого вина, голова раскалывается, скажи в магазине, что отец послал, продавец поймёт».
Данька взял три рубля и положив их в карман спросил: «А как же пистолет и патроны?»
Дядя Коля смотрел на племянника растерянно с некоторым испугом: «Какие патроны?»
«Такие! – крикнул Данька – и сабля, обещанная с поля боя где?».
Дядя Коля присел на стул: «Ты чего, Даня, забылся что ли?»
На глазах у Даньки появились слёзы. «Я-то не забылся, а Вы врун!»
Хлопнув дверью Данька выбежал на улицу, вспомнив о трёх рублях, он зашёл в продмаг и купил дяде бутылку вина.
Взяв бутылку Николай Иванович нахмурился: «Ты чего мне принёс, Даниил? - ударив по столу кулаком – ты мне кагор церковное вино купил, это же голимый сахар».
Морщась дядя пил из горлышка — это вино, рубиновые капли текли по небритому подбородку, капая на пузо. Напившись под завязку кагора, дядя вскрикнул, рухнув на пол и замолчал лёжа ничком.
И всё же Даньку забавлял выпивший дядя.
Ему нравились выдуманные дядей рассказы и прибаутки, нравилось, как тот плясал на свадьбах и вечеринках, похлопывая себя ладонями по груди, ягодицам, ушам и затылку… Плясал дядя неистово, самозабвенно с жёстким захватом в кольцо рук попавшихся ему гостей, пристально вглядываясь им в глаза, поэтому в эти минуты вокруг него образовывалась зона отчуждения.

ДАЧА.

Данька очень любил бывать на даче, ему нравилось работать на земле, сажать рассаду, цветы разные саженцы фруктовых деревьев…
Дачу строили и сажали совместно со старшей маминой сестрой Зоей и её мужем Виктором. Парочка, как говорится, себе на уме.
Участок под дачу был взят на два хозяина – не десять соток, как у всех соседей, а двадцать и неразделен забором, но документы на всю дачу почему-то хранились у тёти Зои.
Муж Зои был хитрым, изворотливым, …

МАШИНА.

1973 год, август Даньке тринадцать лет, родители покупают автомашину «Москвич-412 ИЖ» цвет серо-голубой.
Последние формальности, проверка на месте работы двигателя и долгожданная покупка в гараже.
Купить автомобиль было невероятно сложно, приходилось стоять в очереди по многу лет. Завистливые взгляды соседей, а для Даньки неописуемая радость.
Теперь можно ездить на дачу на своей машине.
Даньке хочется научиться управлять автомобилем и выезжая на степную грунтовую дорогу, где нет машин и людей, он с разрешения отца садится за руль. Данька быстро научился водить автомобиль, испытывал от вождения огромное удовольствие.
Сентябрь. В четыре часа утра Данька едет с отцом за город рыбачить. Старица. Подлесок, объятый туманом, спокойная вода, крики чаек и всплески рыбы. Что может быть прекраснее природы?!
Данька влюблён в природу, ему нравится ходить по тёплому песку и смотреть на воду, а ещё нравится лежать в высокой траве и смотреть на облака, такое чувство, что организм наполняется энергией, а звёздная ночь, это же совершенное чудо! Сколько интересных фантастических мыслей приходит в эти захватывающие часы жизни.
Данька бежит по степи за оторвавшимся от корня растением перекати-поле, пытаясь догнать его, но ветер гонит этот подпрыгивающий шар всё дальше и дальше. Набегавшись Данька останавливается, оборачивается, смотрит на отца, тот стоит очень далеко, почти что невидимый, и Даньке становится немножко страшно одному на этом огромном земном пространстве. Он изо всех сил бежит к отцу, отец сажает сына на плечи, и они уходят к горизонту.
Вернувшись на берег отец и, сын сидят прижавшись друг к другу. Отец молчит и вдруг тихо еле слышно говорит: «Уж небо осенью дышало…»
О чём думал отец? Может быть, он предчувствовал свой тяжёлый конец жизни? Данька вдруг понимает, что папа болен.
Вот тогда Данька всем своим существом впервые в жизни почувствовал душевную боль.
Вскоре у отца случился первый ишемический инсульт и Данька решает после десятого класса поступать в медицинский институт, чтобы быть врачом. Мечта, которой не суждено было сбыться.

МАМА.

Мама плохо выглядит, но Данька еще не понимает всей серьёзности её болезни.
В субботу в пять часов утра он идёт занимать очередь за молоком. У бочки, называемой народом «корова» длинная очередь человек пятьдесят. Данька простоял около двух часов, но всё же купил три литра порошкового молока.

РАЗМЫШЛЕНИЯ ДАНЬКИ.

Возвращаясь домой Данька думал: СССР победил в ВОВ, осваивает космос, строит БАМ и другие великие стройки коммунизма, содержит большую армию, помогает странам мира. Почему же мы плохо живём?
Люди, прошедшие ад войны и победившие врага, не хотят понимать, что живут в мирное время бедно.
Страна с колоссальными несметными запасами природных ресурсов и в большинстве бедный народ, но при этом этот многонациональный народ самый выносливый, верящий в лучшее!
Страна, выживающая в основном за счёт продажи природных ресурсов, это страна без светлого будущего, где хорошо живется временщикам и мошенникам, думающим только о своём личном благополучие. А при скучной, тяжелой, неинтересной и однообразной бедной жизни самого населения обязательно, к несчастью, появляются и приживаются пороки и прежде всего такие, как массовый алкоголизм.
Всё это на руку тем, кто враждебно относится к нашей стране, это – разрушители, как внутренние, так и внешние, эксплуататоры, воры, которых с годами, к несчастью, будет всё больше и больше.

ВЕЧЕР «ВСТРЕЧА ВЕСНЫ».

В четыре часа за Данькой зашли одноклассники: Гена, Игнат и Егор. Все пошли на вечер в школу. В актовом зале на столиках стояли сверкающие самовары, печеное, лимонад. За кулисами на сцене готовились выступать самодеятельные коллективы школы.
Выступающие поздравляли выпускников со скорым окончанием десятилетки, желали успехов в дальнейшей жизни, пели и танцевали.
И всё было бы хорошо, если бы на сцену не выбежал самодеятельный артист из восьмого класса в косматом парике, он кривлялся, что-то невнятно кричал в микрофон, конечно, это был своеобразный юмористический номер и, разумеется, безобидный, но присутствующие в зале почему-то вдруг посмотрели на столик, за которым сидел Данька с тремя одноклассниками и начали смеяться.
Кто-то крикнул: «Смотрите, это же Гена на сцене, как похож!»
У Гены на самом деле были курчавые длинные волосы, и он был чем-то схож с тем парнем, что играл комедию на сцене.
Гена мгновенно покраснел и опустил голову.
Затем начались танцы, и все пошли в круг.
Через какое-то время Данька увидел, что двух его одноклассников – Гены и Игната нет в зале.
Данька с Егором спустились по лестнице на первый этаж. Вдруг они услышали оживленный разговор в конце коридора. Гена держит за грудки того самого парня в парике, что кривлялся на сцене, и задаёт ему вопрос: «Скажи, кого ты пародировал, меня?»
Парень что-то говорит про оригинальный номер, Гена толкает его и тот, ударяясь головой о стену садится на пол. Данька держит Гену за руки и не даёт ему продолжать агрессию.
Тем временем парень направляется к выходу и уходит из школы. Данька бежит за ним. Догнав, он просит его остаться на вечере, «артист» сначала не соглашается, но потом, подумав решает вернуться.
У школы педагоги, взяв «артиста» под руки уводят в учительскую.
Вечер окончен. Четверых приятелей-одноклассников: Даньку, Гену, Игната и Егора попросили остаться.
В учительской громче всех шумела завуч по воспитательной работе Ванюшкина обращаясь к «артисту»: «Да чего ты их боишься, ведь я знаю, что они все четверо тебя избили, да и учительница Баранова видела эту драку своими глазами, она свидетель».
Баранова встала и утвердительно сказала: «Точно, видела, так всё и было, били четверо одного».
Баранова лгала, подливая керосина в огонь. Педагогам нужен был спектакль…
От злости Ванюшкина входила в состояние психоза: «Я буду ставить вопрос на педсовете о недопущении всех четверых к выпускным экзаменам».
Протянув руку к Данькиной шее она резким движением сорвала с его груди цепочку с крестиком, который родителям выдали в церкви при крещении сына.
Бросив крестик на стол, она вопросительно закричала: «Комсомолец? Забыл, где находишься и в какое время живешь?!»
Этот крестик мама надевала маленькому Даньке, когда сын болел, крестит, как оберег от несчастий висел в изголовье кроватки ребёнка. С этим крестиком Данька пошёл в детсад, в школу. Председатель комсомольской организации школы предложил исключить всех четверых из рядов ВЛКСМ. Директор подняла телефонную трубку и начала звонить родителям. Говорила она кратко, всем одно и то же: «Приходите срочно в школу, ваш сын избил нашего ученика». Когда же она стала набирать номер домашнего телефона Даньки, он попросил: «Не звоните к нам, пожалуйста, мой папа болен». «Пусть знает какой ты сын, такие вот нерадивые дети и доводят своих родителей до болезней».
Данька не любил этих преподавателей за лицемерие и в душе не считал их учителями.

ДЕД ПО ОТЦУ.

Данькин дед по отцу Даниил Тимофеевич всю трудовую жизнь проработал учителем русского языка и литературы. За безупречную работу в области образования Указом Президиума Верховного Совета СССР награжден орденом Ленина. Заслуженный учитель школы. Директор школы имени В. И. Ленина.
Данька знал, кто такой настоящий Учитель!

ВЕРЮ ТЕБЕ, СЫН.

Разбирательства в учительской продолжались.
Вот что говорила Данькиному отцу директор школы: «Ваш сын не достоин носить высокое звание комсомольца, он носит на груди православный крест, а сегодня он совершил проступок и не может называться советским школьником».
На улице было темно. Данька с отцом медленно шли домой. Отец молчал и глубоко вздыхал. Данька подумал, что отец сейчас скажет, что ему стыдно за него, но отец молчал.
Положив руку на плечо Даньке, отец сказал, смотря сыну в глаза: «Я тебе верю, сын».
Дома маме пришлось всё рассказать. Она очень расстроилась, даже заплакала.
Через неделю было открытое родительское собрание по поводу случившегося инцидента, где присутствовала администрация школы. Выступали родители и ученики.
В заключении было вынесено решение: разрешить провинившимся ученикам сдавать выпускные экзамены.

ВЫПУСКНОЙ ВЕЧЕР.

В актовом зале школы присутствуют: педагоги, ученики, родители, фотосъёмка.
Директор вызывает по одному выпускников на сцену и вручает каждому аттестат об окончании десятилетки. Данька слышит свою фамилию и весело поднимается на сцену. Небрежным жестом руки директор суёт ему аттестат, при этом не смотрит в глаза.
Очень неприятно от такого «поздравления».
В два часа ночи все выпускные классы пошли к драматическому театру, где должны были выступать местные вокально-инструментальные ансамбли.
Не дойдя метров сто пятьдесят до театра завуч по воспитательной работе Ванюшкина крикнула шедшим ученикам: «На колени все, сейчас же встать всем на колени!».
Выпускники переглянулись, перед кем вставать на колени? Конечно, никто не собирался выполнять требования выпившей на вечере женщины и тогда Ванюшкина стала хватать за руки ребят, пытаясь силой заставить их встать на колени. Девочки в разноцветных платьях, как бабочки «разлетались» от неё в разные стороны, мальчики хихикая сторонились.
Не добившись выполнения своего требования, Ванюшкина сама встала на колени перед ступенями драматического театра, низко опустив голову, как это делают верующие люди в церкви перед святыми ликами икон.

ЗАВОД.

Даньку приняли в конструкторское бюро завода при ремонтно- механическом цехе на должность техника-конструктора. Работа Даньке понравилась.

НОС.

Начальником цеха работал человек с говорящей фамилией Нос.
К работникам обращался он в приказной крикливой форме, всё везде и про всех вынюхивал, всех любил поучать...
Над не понравившимися ему чем-то людьми Нос издевался, посылал самолично на самую грязную и опасную работу, нарушая технику безопасности, караулил у проходной и записывал минуты опоздания, урезал премии...
Сам же Нос со слов рабочих был не чист на руку. Но некоторым руководителям рангом выше Нос был удобен, он был псом, которого всегда можно было тайно напустить на неугодного.
У Носа в шестёрках образовывались «друзья», которые были ему чем-то обязаны, кого-то он прикрывал от пьянки в рабочее время, кого-то прощал за халтуру, прогулы, и все эти нарушители были его провокаторами и осведомителями.

ПРОВОКАТОР.

Как-то один рабочий попросил Даньку: «Будь другом, помоги отнести большие старые списанные тиски к забору, а я потом на машине заберу».
Молодость, желание помочь человеку подвели Даньку.
Навстречу, как чёрт из табакерки – Нос: «Ну что, тиски украли? А это статья, под суд вас надо за расхищение государственной собственности».
Данька смотрит на рабочего, а тот говорит Носу: «Я ничего не знаю, это его тиски» – и показывает пальцем на Даньку.
Как Нос оказался у забора и что тот рабочий был его провокатором Данька поймёт позднее.

ВТОРОЙ ИНСУЛЬТ ГЕМОРРАГИЧЕСКИЙ.

Данькиного отца парализовало второй раз, отнялась вся правая сторона тела и язык. Отца кладут в больницу. Данька ещё не понимает, как это серьёзно и верит в его выздоровление, но улучшения, к сожалению, нет.
Данька надеется, что болезнь пройдёт, но папа лежит на спине не шевелясь, не двигая правой рукой и ногой, не поворачиваясь на бок.
И так будет пять долгих и мучительных лет.
Самое тяжелое было смотреть на отца и видеть его страдания.
Нехватка и неимение нужных лекарств, современного медицинского оборудования, непрофессиональные медицинские сотрудники, это огромная проблема и даже беда для горожан и города, в котором жил Данька.
Кое как с проволочками доказали и дали отцу инвалидность первую группу, потом через каждый год нужно было проходить медицинское переосвидетельствование на подтверждение и продление инвалидности. Человеку, который годами прикован болезнью к кровати? Бюрократия.
А ведь находились такие, кто говорил Даньке с издёвкой: «Сам работаешь сто сорок рублей получаешь и инвалидность отца сто двадцать рубликов, да тебе позавидовать можно, счастливчик ты, Данька…».
Ехидство – одно из самых гнусных качеств подлых людишек.
Отца нужно кормить из ложки, пеленать, делать массаж, назначаемые врачами уколы, смазывать спину, чтобы не было пролежней... Конечно, Данька не мог успевать проделывать всё это в обеденное время и поэтому, он опаздывал на работу ежедневно на пятнадцать-двадцать минут.
Нос узнал про опоздания, потому что постоянно следил за Данькой.
Он вызвал его к себе в кабинет и затянул воспитательную тираду: «Вы, Даниил Николаевич, злостный нарушитель трудовой дисциплины. Недавно Вы хотели украсть с завода тиски, табельщица на вас жалуется за постоянные опоздания на работу, ну разве таким должен быть советский человек, честный труженик?!
Я пока покрываю Ваши проступки, но, сколько можно, ведь Вы тянете наш здоровый коллектив на дно».
Нос прекрасно знал о тяжелой болезни Данькиного отца, но делал вид, что ничего не знает. Ему хотелось, чтобы Данька унизился перед ним, потерял уверенность в себе и попросил прощение, но извиняться было не за что, и Данька спокойно сказал, что тиски не воровал, а лишь помог рабочему по его просьбе донести до забора списанный инструмент. Нос ухмыльнулся: «Оправдываетесь! Какому такому рабочему Вы помогли? Вы несли тиски с уличным бродягой, который проник на территорию завода через забор у меня на сей факт и свидетели найдутся».
Далее разговаривать с Носом было бессмысленно.

МАМА БОЛЬНА.

Данька с мамой сидят на стульях у кровати больного отца. Мама гладит отца по голове: «Ничего, отец, сын тебя не бросит». Мама улыбается, Данька смотрит на её белоснежные красивые ровные зубы, это всё, что осталось от её прежней красоты.
Маме необходимо лечь в больницу, а Даньке срочно нужен отпуск для ухода за отцом.
На следующий день Данька подходит с заявлением к Носу. Прочитав заявление Нос задаёт Даньке разные вопросы, всячески уходя от ходатайства и не подписывает заявление: «Не могу я Вам, Даниил, подписать заявление, у меня людей не хватает, да и вообще по графику Вам ещё не положено, что за причина такая?» – возмущается он.
«Отец тяжело болеет» – отвечает Данька.
- А мать что?
- И мать больна.
- Вы на работу опаздываете с обеда, а теперь ещё и отпуск в неположенное время просите. Нет, не смогу отпустить, если найдёте себе подмену, тогда я подумаю.
Данька выходит из кабинета в цех и видит, как на доску объявлений вывешивают приказ: За систематические опоздания на работу с обеда, он лишается премии.
Наталья Чижик – распределитель работ качает головой: «А ты, Даня, в отпуск захотел, да за такие проступки в отпуск зимой нужно отправлять, это тебе, дружок, за твой характер и чего ты добиваешься, чтобы тебя уволили с работы?».
Нос снова позвал Даньку в свой кабинет: «А что там с твоим отцом, конкретно?»
- Парализован. Ухудшение состояния.
Нос закурил и помолчав сказал: «Послушай, а если договориться тайно со знающими людьми за деньги, конечно, чтобы твоему отцу сделали укол, как тебе такая моя идейка?»
«Какой укол?» – удивившись спрашивает Данька.
- Ну, чтобы отмучился побыстрее твой родитель и людей не мучил за собой.
Данька еле сдерживает слезы, кулаки его сжались и стали, как камни для нанесения поражающего удара врагу, сильно хлопнув дверью, он выбегает во двор.
Через много лет Данька станет инженером конструктором, пройдя все три категории инженера конструктора, поработав на трёх заводах различного направления и производства, он будет работать главным конструктором НИИ. На его пути встретятся много прекрасных настоящих людей к кому он будет относиться с благодарностью и глубоким уважением!

ПОСЛЕДНЯЯ ВСТРЕЧА.

Мама лежит в больнице. Данька несёт ей молоко, фрукты, мёд, она встречает его улыбаясь, достаёт из тумбочки большое красное яблоко и протягивает его Даньке: «Это тебе, сынок. Вот подлечусь с месяц и всё будет нормально, мне здесь хорошо, ты мне сирень принеси, на даче у нас сирень уже, наверное, цветёт…».
Весь день и вечер Данька провёл с мамой в больнице, это была их последняя встреча.
Стояла тихая, тёплая майская ночь, в воздухе пахло цветущей акацией, жизнь бурлила рекой набирая силы. Данька не верил, что его мама может умереть. Так не должно быть, потому что так быть не может никогда.

ЛЖЕЦ.

На следующий день к Даньке пришёл Виктор – муж маминой старшей сестры Зои. Открыл принесённую с собой бутылку вина и выпив начал говорить: «Мать у тебя, видимо, скоро умрёт и ты имей в виду, что у меня с Зоей денег на похороны нет, заранее тебе об этом говорю, так что, ты уж давай, понимаешь ли, сам что-то думай. Да и отца, Даниил, у тебя уже фактически тоже нет, поэтому вашу машину нужно переоформить на меня, а в нотариусе я договорюсь, раз твой отец парализованный сделаем документы и без его подписи. Ты ещё молодой, понимаешь ли, а я заменю тебе отца. Мы родные должны помогать друг другу».

ЗАГОВОР.

Тетя Зоя с Виктором вешает на дверь дачного домика другой замок: «Пусть теперь будет так, зачем тебе, Даня, ключ? Без нас не нужно бывать на даче.
- А почему вы указывайте, когда мне бывать на своей даче?
Трясущимися пальцами Виктор вставляет в мундштук обломок сигареты: «А ты не знаешь, что дача моя, а точнее наша с Зоей, мы вам разрешали, вы пользовались».
Данька ошарашен услышанным, но вступает в спор: «Как это ваша?
Дача изначально по размеру была взята на две семьи».
Голова у Виктора затряслась на шее от напряжения выступили толстые синие-зелёные вены: «Ах, вон оно как, на две семьи, говоришь, а где вторая семья, ты что ли вторая семья? Где, понимаешь ли, твоя мать, где твой отец? Нет их. У тебя есть документ на дачу? Нет у тебя ничего, иди судись!».
Даньке стало не по себе: «Какой документ, мой отец никогда не хотел делить дачу между родными, чтобы иметь свой документ на участок».
Виктор прикуривает, присаживаясь в позу орла на сундук: «Это всё лирика, дорогой мой. Вот что, Даниил, давай так, я уже тебе говорил, что буду вместо отца, переоформляем вашу машину на меня и дача с автомобилем после моей смерти по наследству перейдёт тебе и Татьяне моей дочери».
Продолжает тетя Зоя: «Конечно, ведь ты подумай, мать твоя умерла, и отец тяжёлый – на ладан дышит, как тебе молодому одному без поддержки, без опоры родных, не сможешь ты, а так мы всей семьей потихоньку справимся».
Домой Данька пришёл в подавленном настроении и сев на край кровати около отца рассказал ему, как у них отбирают дачу.
Отец не моргая смотрел на сына, потом тяжело вздохнул и от бессилия заплакал.
Больше Данька ничего плохого отцу не рассказывал.

СМЕРТЬ ОТЦА.

Отцу совсем плохо, он почти не спит ночами.
Данька гладит умирающего папу по голове, по щекам, по груди, отец открывает глаза и закрывает их навсегда.
Первого февраля, когда за окном температура воздуха опустилась почти до сорока градусов, отца не стало. Часы, висящие на стене, остановились в минуту смерти.
Когда умирают самые дорогие люди, человек отказывается воспринимать эти потери. Одна только мысль, что эта разлука навечно, приводит в ужас.

КЛЕВЕТА.

Придя на работу Данька видит человека в форме пожарного, который говорит Даньке: «Тебе необходимо срочно явиться в поселковый совет по поводу пожара».
- Какого пожара?
- Там поговорим, заявление на тебя написано.
Данька настойчиво спрашивает пожарного в чём дело, но тот молчит, затем язвительно сквозь зубы: «Это тебя нужно спросить в чём дело, сам расскажешь или тебе напомнить?»
- Да что произошло?
- Ты у дяди на даче дом сжёг?
- У какого дяди, какая дача?
-Та самая дача, которую вы вместе сажали, а статья за поджигательство, ох и тяжелая…
В своём кабинете пожарный задавал Даньке множество различных вопросов, строил уловки и даже запугивал, но не поймал, потому что Данька говорил только правду.
Пожарный сидел за столом покусывая карандаш: «Жаль, что сейчас не сталинское время, я бы из тебя быстро правду выбил».
Далее пожарный начал вести разговор в другом направлении:
- Отдай дяде с тётей две тысячи рублей за дом и дело будет закрыто, обещаю тебе.
- Нет у меня денег, да и не за что мне им давать.
- Тогда помоги дяде построить новый дом на даче.
- Нет, не помогу, потому что помочь, значит, признать себя виновным в поджоге.
Пожарному ничего не оставалось, как отпустить Даньку.
На следующий день Виктор забрал своё лживое заявление из пожарной охраны. Вскоре он тихой сапой продал дачный участок и через месяц умер в запое.
Как же Данька ошибался, будучи ребенком, воспринимая всех людей только с любовью, но жизнь показала свою суровую реальность.

Бог – мой судья.

Добро сильнее зла! Зло мелочно, низменно, отвратительно, кровоточащие раны от его укусов остаются порой до конца жизни, но главное суметь сохранить душевный мир, это и есть победа над злом!
Когда Данька был маленьким отец возил его весной в степь. Спускаясь в лощину, колышущуюся алыми и жёлтыми тюльпанами, мальчик с удивлением смотрел на красоту, подаренную ему родителями. Родина, Отец, Мама, огромная весенняя степь, бесконечное небо отечества, чистый полынный ветер – есть и будут всегда!


Юрий Хрущёв







Мақала ұнаса, бөлісіңіз:


Қарап көріңіз 👇



Жаңалықтар:
» Құрбан айт 2021: қашан, құрбандық шалу шарттары, дұғасы, құрбан малының жасы, жарамды мал 18.07.2021, 0
» Асқар Мамин: 600 мың педагогтің жалақысы 25 пайызға артады 13.07.2021, 0
» Space X осы жылдың қыркүйегіне дейін бүкіл әлемді интернетпен қамтамасыз еткісі келеді 12.07.2021, 0

Пікір жазу



Келесі мақала, жүктелуде...
Біз cookie файлдарын пайдаланамыз!
Біздің сайтты пайдалануды жалғастыра отырып, сіз сайттың дұрыс жұмыс істеуін қамтамасыз ететін cookie файлдарын өңдеуге келісім бересіз.
Жақсы